Синдром барона Мюнхгаузена – попытка поднять самого себя за волосы – весьма характерен для оценки стоимости бизнеса с учетом интеллектуального капитала. Тогда выходит следующее: финансовый эффект и рыночную ценность интеллектуального капитала выводят из рыночной ценности и/или финансовой эффективности бизнеса, которая, в свою очередь, зависит от тех же самых показателей интеллектуального капитала. Выход из тупика – в использовании нефинансовых индикаторов.

В сжатой форме логику, на которой основан метод, можно изложить следующим образом. Патенты представляют собой важную часть интеллектуального капитала (синоним которого – нематериальные активы). Информация о патентах является открытой и поэтому она сопоставима для различных компаний. Однако реальная экономическая ценность патентов распределяется весьма неравномерно. На небольшую долю приходится основное практическое использование, большинство же патентов бесполезно, не имеет никакой ценности для бизнеса. Как количественно выразить эту полезность? Вот здесь изюминка метода: индикатором практической ценности патентов оказывается частота их цитирования в других патентах. Подчеркнем, что речь идет об индикаторе – общедоступном, достаточно надежном и сопоставимом заменителе информации, которой не располагают аналитики. Использование заменителя (англ. термин – proxy) – очень важный практический прием экономического анализа. Нужных нам данных часто невозможно получить, но иногда можно использовать их заменитель – суррогат. В этом случае предположение, что цитирование отражает практическую ценность патента, строго подтвердилась эмпирически.

Владимир Платонов

Сегодня, информация - основной актив бизнеса. Любая компания имеет в своей информационной системе базу данных в том или ином виде.

Утечка информации может стоить владельцу данных значительных финансовых потерь. В том случае, если украденные данные будут обнародованы или станет известен сам факт хищения, к финансовым потерям добавится урон имиджа компании или торговой марки.

Проблема лежит на поверхности и все, в принципе, согласны, что ее надо решать. Но большинство владельцев информации почему-то предпочитают жить по принципу "пока гром не грянет - мужик не перекрестится". Это материал предназначен тем, кто хочет играть "на опережение".

Виталий Береза

Система защиты потребителей от некачественной продукции "крайне несовершенна", заявил Министр экономики Анатолий Кинах после ознакомления с результатами анализа продуктов питания, произведенных в Украине и за рубежом.

По всей видимости, ситуация с подделками хорошо известна всем, кроме УНК: в рейтинге, возглавляемом Китаем, Украина занимает почетное девятое место. И перспективы у нашей страны многообещающие: отечественная контрафактная одежда и продукты питания, продающиеся в Европе, уже сегодня выводят Украину на пятое место, а по производству поддельной парфюмерии она уступает лишь Китаю. К сожалению, конкретные цифры по поводу того, насколько велика вероятность купить в специализированном магазине поддельные духи, получить не удалось. "Мы сотрудничаем только с официальными дистрибьюторами, поэтому у нас нет информации по подделкам", - такой ответ газета "СЕЙЧАС" получала в каждом парфюмерном магазине столицы.  

Специалисты отмечают, что труднее всего привлечь к ответственности реализаторов поддельной продукции - неудивительно, что торговля подделками распространена по всей Украине.

Наталья Мичковская

Приверженцы шоппинга эконом-класса могут злорадствовать: те, кто выкладывал большие деньги за модные "итальянские" и "европейские" брэнды, приговаривая "Я все покупаю только в "Интертопе", я фуфло не ношу", носили "лапти" родных обувных артелей. Оказывается, почти все известные "западные" марки типа Carlo Pazolini, Lobster, BRASKA, TJ Collection и другие придуманы пиарщиками по заказу отечественных обувных магнатов.

Гениальный разводняк позволил крупнейшим обувным сетям здорово обогатиться за счет наивности потребителя, который наотрез отказывался носить продукцию фабрики "Большевичка", но с радостью "хавал" обувь под мелозвучным иностранным именем. Что ж, да здравствует сила пиара - экономический двигатель гламура и снобизма...

Спробуйте продовжити логічний ланцюжок — наука, передові технології, євростандарти... Дехто, вочевидь, згадає Євросоюз, іншим спаде на думку євроінтеграція, європейські наукові школи, нобелівські лауреати, а студенти обов'язково згадають ще й Болонський процес. Однак у самому Міністерстві освіти та науки таку логіку, певно, вважають застарілою, бо, як повідомляє надійне джерело, продовженням логічного ряду тут вважають слово... «Вьєтнам». (Орфографія збережена, саме так пишеться назва держави у деяких міністерських документах!).

Саме з цією азійською державою останнім часом було налагоджено активне науково-технічне співробітництво. Наша, з дозволу сказати європейська, держава профінансувала через МОН десять наукових проектів, витративши тільки торік на це 350 тисяч бюджетних гривень. Зауважу, що на програму науково-технічного співробітництва зі Словенією було витрачено 140 тис. грн., з Італією — 200 тис. грн., з Німеччиною — 185 тис. грн., приблизно стільки ж було виділено на співпрацю з сусідами — Словаччиною та Румунією. Погодьтеся, міжнародна науково-технічна співпраця неможлива без контактів науковців, без обміну думками і демонстрації досягнень — на це не шкода навіть мільйона. (Тим паче якщо він із держбюджету!) Міністерство освіти та науки у 2006 році з вдячністю взяло в скарбниці один мільйон гривень для «фінансової підтримки розвитку інфраструктури науково-технічної сфери наукових установ, на міжнародні виставки і конференції». Як же розпорядилися чиновники грошима платників податків? Профінансували два серйозні заходи та ще кілька дрібніших. На міжнародну виставку «ЦЕБІТ-2006», що проходила у Німеччині, пішло 220 тис. грн. «Виставка-презентація наукових розробок України в СРВ» обійшлася нам значно дорожче — 600 тис. грн. (Зауважу, що так щедро виконувалося доручення КМУ від 13.10.2004 року. Чомусь це вирішувалося саме перед виборами.).

Ольга Скрипник